Плюшевый мишка и кризисы взрослой жизни

Алене* 45. Она вырастила двух сыновей, старший из которых уже несколько лет как живет в другой стране, а младший недавно поступил в университет и переехал в общежитие. Муж Алены много работает: у него свой довольно успешный бизнес, и его семья в последние годы ни в чем особенно не нуждалась. В целом Алене не на что жаловаться, — так она говорит на первой встрече. У нее хорошая семья, она обеспечена всем необходимым, она состоялась как жена и мать. Почему пришла на консультацию? «Я хочу похудеть», говорит Алена. «У меня 20 кг лишнего веса, в котором я чувствую себя некомфортно».

Одна из первых задач психолога, работающего в теме пищевого поведения и его патологии, — это диагностика пищевых паттернов. Это значит, выяснение того, как клиент питается, и в какой роли для него выступает еда, если не всегда, то по большей части. Обсуждая с Аленой ее пищевой дневник, мы довольно быстро обнаружили, несколько довольно характерных моментов. Например, она совсем не понимает, испытывает ли чувство голода. Сигналом к приему пищи в большинстве случаев для нее служит не телесное чувство голода, а неясный дискомфорт. А обычно — она просто обнаруживает, что уже доедает что-то, независимо от того, была ли она вообще голодна, или нет. Сессия за сессией, мы вместе пытались восстановить хронологию событий, ведь, по словам Алены, она далеко не всегда питалась так. И вот, на одной из встреч, Алена заговорила о том, с чего все началось. Несколько лет назад случайно обнаружилась измена мужа: «Ничего серьезного, просто седина в бороду», — легко рассказывает она. «Я решила не предавать этому значения, с кем не бывает». Именно с тех пор Алена и стала набирать вес.

История Алены — всего лишь одна из иллюстраций на тему того, как компульсивное пищевое поведение становится способом «прикрыть» неразрешенный кризис (один, а то и множество) в семейных отношениях. Так или иначе, с кризисами на протяжении жизни человек сталкивается много раз. Это непростой и чаще всего болезненный переходный период, когда старые способы решения проблем уже не работают, а новые еще не появились. Алена, похоже, столкнулась с множественным кризисом: дети стали разъезжаться, а у мужа появились другие отношения. Болезненных вопросов стало появляться слишком много, и каждый из них — сложнее предыдущего. «Когда я не мама, то кто я? Что происходит в моих отношениях с мужем? Как мне живется с ним, когда между нами нет детей? Хочу ли я оставаться в этом браке после его измены? Что эта измена значит для меня?». Но ресурсов решать для себя все эти вопросы в тот момент у нее не нашлось, и она сделала вид, что все это не столь важно, «притушив» эмоции едой.

В замечательной книге, посвященной проблемам переедания, “Overcoming overeating”, авторы отмечают, что для компульсивного едока пища становится своего рода плюшевым мишкой. Детям дают такого, чтобы им было не так страшно спать отдельно от мамы. Взрослые прибегают к еде, чтобы не задавать себе сложных, вызывающих сильную душевную боль вопросов. Это даже в какой-то мере срабатывает. Внутренняя жизнь как будто бы немного «примораживается», появляется апатия, тоска и скука. Вместе с уменьшением боли, в жизни становится все меньше жизни.

Как быть со всем этим? Можно ли решать проблему веса и переедания, не рассматривая контекст ситуации? Можно ли перестать передать, не переживая свои кризисы и не сталкиваясь лицом к лицу с неприятной правдой жизни? Мой ответ — нет. Безусловно, на это нужно мужество и искреннее желание меняться и оживать. Но если оно есть — то прогноз очень благоприятный. Ведь кризис — это всегда повод жить лучше.

*Алена является вымышленным персонажем, собранным из осколков клиентских историй.